Goldener Fonds
Die Entkirchlichung9. Oktober 2009
Der geistliche Kampf in der modernen Welt8. Oktober 2009
Leserkommentare
Professor der Geistlichen Akademie von Moskau A. I. Osipow: Das Kirchenschiff beginnt zu sinken
11.04.2013
Совершенно согласен с Алексеем
Ильичом. Это действительно большая проблема. Единственное, что х...
PC-Technologie und spirituelles Leben
7.04.2013
"Заканчивая свое сообщение, упомяну классический пример ножа, который сам по себе нравственно нейтра...
7.04.2013
Церковь должна идти в ногу с развитием айти технологий.
Priester Pawel Florenski, Slawophilie und Altkatholizismus – Anmerkungen zum Thema
7.04.2013
Весьма полезная и правильная статья.
"В известном смысле славянофилы также были оппозицией внутри ...
Über die christliche Meditation
27.03.2013
А где анализ? Кажется, автор сам не понял, что написал. А в чем состоит собственно феномен "христиас...
|
Landeskonzil oder Konzil einer Landeskirche?26. Februar 2011
Die Teilnahme von Laien an der Verwaltung der Kirche ist nach wie vor eine der aktuellsten Fragen des modernen Lebens der ROK. Was sollte unter dem Begriff „Katholizität“ der Kirche verstanden werden? Inwiefern entspricht die moderne Praxis der Durchführung von Landes- und Bischofskonzilen dem kanonischen Erbe der Alten Kirche? Diese und andere Fragen beschäftigen Erzpriester Alexander Zadornov.
Die Existenz jeder Orthodoxen Landeskirche hängt direkt mit dem territorialen Faktor zusammen. Das Gebiet, in dem sich die regierende, gerichtliche und generell administrative Macht der jeweiligen Landeskirche erstreckt, macht ihr kanonisches Territorium aus. Das Prinzip des kanonischen Territoriums bedeutet gegenseitigen Respekt gegenüber den Rechten jeder Kirche auf exklusive Aktivität innerhalb dieses Territoriums. Dies wird durch die kanonischen Normen der Nicht-Einmischung des Episkopats einer Kirche in die Angelegenheiten einer anderen geregelt. Diese Normen implizieren die Einheit der belehrenden, sakramentalen und regierenden Kirchenmacht, deren gesetzwidrige Übernahme von den Kirchenregeln als Angriff auf das Prinzip der kirchlichen Einheit selbst angesehen wird.Die Erinnerung an diese elementare Norm der kirchlichen Ordnung ist für das richtige Verständnis dieser kratologischen Einheit notwendig. „Der Träger der kirchlichen Macht“, so Prof. Sergej Troizki in seinen Vorlesungen zum Kirchenrecht, „ist das ganze Episkopat (dessen Organ die Bischofskonzile sind)… In der Orthodoxen Kirche gibt es einige Arten von Konzilen, nämlich: 1) ökumenische Konzile; 2) Lokal- bzw. Landeskonzile[1], welche die Beschlüsse von den ökumenischen Konzilen übernehmen; 3) Konzile von Bischöfen einiger autokephaler Kirchen; 4) Konzile von Bischöfen einer autokephalen oder autonomen Kirche“[2]. Ein Konzil von Bischöfen einer autokephalen Kirche ist ein Lokal- bzw. Landeskonzil – jedenfalls wird dessen Zusammensetzung so vom Kanonischen Korpus der Orthodoxen Kirche (in Form des Nomokanons von Photios) verstanden. Ein solches Konzil ist nicht nur mit der obersten kirchlichen Macht „ausgestattet“ (denn diese „Ausstattung wird in der modernen Praxis als Synonym für „Delegierung“ verstanden), sondern verfügt über diese kraft der Status seiner Teilnehmer. Trotz des klaren Verständnisses dieser Frage vom kanonischen Standpunkt aus kennt die Geschichte der Russischen Orthodoxen Landeskirche seit Anfang des 20. Jahrhunderts den Präzedenzfall eines anderen Verständnisses dieser Frage. Die Diskussionen über die Berufung des Konzils der Russischen Orthodoxen Kirchen, die vor über einhundert Jahren stattfanden[3], klärten eine wichtige Erscheinung des kirchlichen Lebens – die Vermischung der Begriffe „Vertretung“ und „Machtbefugnis“. Diese Diskussionen, die vor dem Hintergrund der Anfänge des russischen Parlamentarismus 1905/1906 stattfanden, übertrugen ihr Verständnis einer gesetzgebenden Vertretung (ähnlich der zeitgenössischen Staatlichen Duma) unwillkürlich auf die Katholizität der Kirche. Am wenigsten hängt dieses Verständnis mit der Zusammensetzung des Konzils einer Landeskirche zusammen - auch wenn es in dieser Angelegenheit im russischen Episkopat keine Einheit gab. „Die alte ökumenische Kirche kannte nur Bischofskonzile. (…) Als praktische Grundlage zur Einbeziehung von Gewählten – Vertretern des weißen Klerus[4] und der Laien – ins Konzil wird die Verfechtung ihrer Interessen gegenüber den Bischöfen, welche allesamt Mönche sind, dargestellt. Aber das einzige Ziel eines gesetzlichen und richtig zusammengestellten kirchlichen Konzils kann nur die Wohlgestaltung der Kirche und des kirchlichen Lebens sein; wenn irgendein Teil des Konzils seine „Interessen“ verföchte, würde dies die Erreichung dieses Ziels nur erschweren und keineswegs erleichtern“[5], schrieb Hieromärtyrer Erzbischof Agathangel Preobraschenskij, damals Bischof von Riga. Bischof Antoni (Hrapowizkij) von Wolyn äußerte sich, wie immer, bestimmter: „Das beharrliche Ersuchen der aktuellen Literatur, ins Konzil sollten auch Gewählte aus dem weißen Klerus und der Laien durch allgemeine Stimmabgabe aufgenommen werden, stellt ein direktes Abrücken von der Parlamentswahl der republikanischen Staaten dar, versucht sich aber durch die kirchlichen Canones zu fundieren“[6]. Erzbischof Sergius (Stragorodski) von Finnland, der die Telnahme von Laien am Konzil zuließ, erkannte nichtsdestotrotz an, dass diese Teilnahme eine kanonische Neuheit war: „Wie auch immer die Praxis der Kirche zu den unterschiedlichen Zeitpunkten gewesen sein mag, kennt die kanonische Organisation der Kirche, die durch die historische Erfahrung erarbeitet und von den Konzilen zum Gesetz erhoben wurde, nur Bischofskonzile“[7].Letztendlich schlug Metropolit Antonij (Wadkowskij) von St. Petersburg einen Kompromiss vor: „10. Alle Mitglieder des Konzils haben auf Versammlungen die entscheidende Stimme bei zweitrangigen Fragen. 11. Werden aber Angelegenheiten des Glaubens oder fundamentale Fragen der kanonischen Organisation der Kirche oder generell Prinzipien ihres kanonischen Lebens erörtert, gehört die entscheidende Stimme den Bischöfen, und das Presbyterium und die Laienschaft nehmen nur mit beratender Stimme teil“[8]. Mit anderen Worten ist die Teilnahme an der Fassung eines Beschlusses in Form einer beratenden Stimme von der Legitimität dieser Beschlüsse zu unterscheiden, die eben kraft ihrer Fassung vom Subjekt der kanonischen Macht, welches in der Kirche das Episkopat ist, legitim werden. Was Unterschriften von Konzilmitgliedern, die keine Bischöfe gewesen waren, unter Akten der Ökumenischen Konzile betrifft, hatte eine Unterschrift des Basileus ihnen die Kraft der staatlichen Gesetze verliehen, und die Unterschriften einiger Mönche unter den Bestimmungen des Siebten Ökumenischen Konzils waren aus Respekt vor diesen Verteidigern der Ikonenverehrung zugelassen worden. Damit ist das Problem, wie oben bereits erwähnt, weniger mit der Zusammensetzung eines Konzils einer Landeskirche verbunden, sondern vielmehr mit den Trägern der kirchlichen Macht, die an solche einem Konzil teilnehmen. Die nun durch die geltende kanonische Satzung der Russischen Orthodoxen Kirche implizierte Trennung der Konzile in Bischofs- und Landeskonzile wurde durch die historische Notwendigkeit hervorgerufen, die mit den Bedingungen der Existenz des orthodoxen Christentums im Russland des 20. Jahrhunderts zusammenhängt. Diese Trennung kannte das Konzil von 1917/1918, das viele beinahe als „kanonische Ikone“ jedes kirchlichen Konzils ansehen, noch nicht. Die Beseitigung der anomalen Lage der Kirche (die „Synodale Ordnung“ im Russischen Reich) unter extremen äußeren Bedingungen ist das historische Verdienst des Konzils von 1917/1918, und dessen Mitglieder trifft keine Schuld, dass die von ihnen verabschiedeten positiven Bestimmungen bereits zum Zeitpunkt ihrer Verabschiedung überholt waren. Um sich davon zu überzeugen, reicht es aus, sich den Text „Über die Rechtslage der Russischen Orthodoxen Kirche“ («О правовом положении Православной Российской Церкви») vom 2. Dezember 1917, also einen Monat, nachdem die Bolschewiki die Macht ergriffen und das Allrussische Zentrale Exekutivkomitee und der Rat der Volkskommissare der Sowjetunion gebildet worden waren, anzuschauen. Aber Abänderungen von Beschlüssen eines Landeskonzils als unzulässig zu bezeichnen, bedeutet nicht nur, ihre Bedeutung unzulässigerweise zu verabsolutisieren, sondern auch elementares kanonisches Analphabetentum. Die Kirche als der Leib Christi ist Schöpferin ihres eigenen Rechts. Während die Normen des Kanonischen Korpus angesichts des Fehlens eines nach seinen Befugnissen gleichrangigen katholischen konziliaren Organs nicht abgeschafft werden dürfen, wird das geltende kirchliche Recht jeder Landeskirche durch das Episkopat dieser Kirche geregelt. So wie im Falle der zivilen Gesetzgebung dürfen die aktuellen Normen des geltenden kirchlichen Rechtes nicht verletzt werden; es ist aber nicht so, dass sie nicht geändert werden dürften. Natürlich wird eine solche Änderung durch Notwendigkeiten hervorgerufen, wie sie mit dem kirchlichen Leben zu konkreten Zeiten und auf bestimmten Territorien einhergehen. Außerdem rufen sowohl die Zusammensetzung des Konzils von 1917/1918 als auch die Rezeption seiner Bestimmungen ernsthafte Zweifel an seiner „Ikonizität“ hervor. Anstatt der hierarchischen Vertretung war das Konzil dem Prinzip der Standesvertretung gefolgt. Sonst wäre es auch schwer, die Tatsache zu erklären, dass auf seinen Sitzungen als Abgeordnete Vertreter der zivilen Institutionen – der Armee, der Mitglieder der Staatlichen Duma und des Staatlichen Rates – anwesend gewesen waren. Wenn wir uns aber daran erinnern, dass die Rezeption der katholischen konziliaren Bestimmungen weniger „die Zustimmung der gesamten Kirche mit ihnen“ (vermutlich derer, die am Konzil nicht teilnahmen) bedeutet, sondern die Möglichkeit ihrer wirklichen Erfüllung, dann sollte anerkannt werden, dass es beim größten Teil dieser Bestimmungen keine Rezeption vorgelegen hatte.[9] Es sollte daran erinnert werden, dass es weder in der Selbstbezeichnung des Konzils (das „Geweihte Konzil der Russischen Orthodoxen Kirche“, russ. «Священный собор Православной Российской Церкви») noch in seinen offiziellen Dokumenten Hinweise auf seine „Lokalizität“ als „Form“ des Konzils gibt. Auch wenn der Begriff des „Landes- bzw. Lokalkonzils“ in den vorkonziliaren Dokumenten vorkommt, weist er, wie bereits erwähnt, lediglich auf das Prinzip selbst hin und enthält keinen Hinweis auf die Zusammensetzung. Auch in den Verweisen auf die Konzilakten, die in kirchlichen Dokumenten bereits seit den 1930er Jahren auftauchen, finden wir keine Details über die Zusammensetzung[10]. Diese Unterscheidung fand erst 1945 statt, mit der Aufnahme der „Satzung über die Verwaltung der Russischen Orthodoxen Kirche“ («Положения об управлении Русской Православной Церкви»). Nach dieser Satzung unterschieden sich Lokal- und Bischofskonzil durch den Umfang ihrer Befugnisse. Allerdings hängt die Legitimität ihrer Beschlüsse von der Zustimmung des Konzilepiskopats ab, wofür eine besondere Bischofstagung auf dem Konzil eingeführt wurde. Aber auch in den Vorlesungen zum Kirchenrecht, die in der wieder belebten Moskauer Geistlichen Akademie vorgetragen wurden, wurde davon gesprochen, dass im Gebiet der kirchlichen Verwaltung „der Träger dieser Macht das Ökumenische Episkopat ist. Dieses Ökumenische Prinzip verbreitet sich nicht nur im Raum, sondern auch in der Zeit. Die unveränderliche Formel der Konzile lautet: ‚indem wir den göttlichen Vätern nachfolgen‘. Die Organe des Episkopats sind Ökumenische und Lokalkonzile. Ist die Einberufung von Konzilen kaum möglich, sollte die Zustimmung der Bischöfe durch den Austausch von Sendschreiben oder durch persönliche Absprachen der Oberhäupter der Autokephalen Kirchen (‚die Zustimmung der zerstreuten Kirche’) erreicht werden“[11]. Die Termine der Einberufung eines so verstandenenLokalkonzils werden in der jetzigen Satzung nicht festgelegt, mit Ausnahme der Wahl des Patriarchen. Eigentlich sind derartige wahlberechtigte Landeskonzile die einzigen, die der Russischen Kirche bekannt sind, angefangen vom Konzil des Jahres 1917. Aus sechs Landes- bzw. Lokalkonzilen, die im Zeitraum von 1917 bis 2009 stattfanden, war nur eines kein Wahlkonzil – das Lokalkonzil im Jahre 1988, das zum Jubiläum der Taufe Russlands einberufen worden war. Um die Satzung über die Konzile der Russischen Orthodoxen Kirche zur kanonischen Norm zu bringen, wurde das Dokument „Die Lage der Lokal- und Bischofskonzile im System der kirchlichen Verswaltung“ (« МестоПоместныхиАрхиерейскихСобороввсистемецерковногоуправления »)[12] verfasst, das jüngst vom Ausschuss der Versammlung für die Angelegenheiten der kirchlichen Verwaltung und die Mechanismen der Verwirklichung der Katholizität in der Kirche veröffentlicht wurde. Dieses Dokument konstatiert einen Widerspruch zwischen der kanonischen Satzung, nach der die oberste Macht im Bereich der kanonischen Organisation dem Lokalkonzil und nicht dem Bischofskonzil zukommt, und solchen Aufgaben des Letzteren wie „Annahme der Satzung und Einführung ihrer Abänderung, Aufbewahrung der inneren und äußeren Aktivitäten der Kirche, Kanonisierung von Heiligen, Erschaffung, Reorganisierung und Liquidierung selbstverwalteter Kirchen, Exarchate und Diözesen“. Sehr berechtigt ist der Vorschlag des Dokumentes , in die Satzung einen Hinweis auf die Machtbefugnisse des Bischofskonzils sowohl in gesetzgeberischer als auch in exekutiver Hinsicht aufzunehmen. Was die Rechtsprechung betrifft, kommt sie diesem Konzil de jure zu als der dritten gerichtlichen Instanz im juristischen System der Russischen Orthodoxen Kirche. Wie steht es aber um die „Rolle der Laien im kirchlichen Leben“? Nochmals: diese Rolle kann nicht auf die Teilnahme an den Aktivitäten der kirchlichen Macht reduziert werden, die dem Episkopat gesetzlich zusteht, und von ihm in Einzelfällen und Erscheinungen an Kleriker delegiert wird – insbesondere, was den Unterricht und die Rechtsprechung betrifft. Was aber die Delegierung in Bezug auf Laien betrifft, muss sie Gegenstand besonderer kanonischer Forschung werden. Abseits solcher „kratologischer“ Teilnahme bleibt den Laien das Recht der Besprechung von konziliaren Bestimmungen – sowohl vor ihrer Verabschiedung als auch danach (was eine – aber weder die einzige noch die entscheidende – Manifestation der Rezeption ist). Die ausgesprochene Befürchtung, dass Laien von der Besprechung konziliarer Dokumente ausgeschlossen werden könnten, vernachlässigt die „Satzung über die Interkonziliare Versammlung der Russischen Orthodoxen Kirche“[13]. Dieses Dokument, das besagt, dass die Fülle der Macht in der Kirche dem Bischofskonzil gehört, betont die Einigung zwischen Episkopat und Klerus sowie dem Volk Gottes, dessen Oberhaupt sie sind. Der kirchliche Gesetzgeber bestimmt die konsultativen Funktionen der Versammlung, indem er seinen Mitgliedern die Aufgabe stellt, der obersten kirchlichen Macht bei der Vorbereitung von Entscheidungen, die die wichtigsten Angelegenheiten des inneren Lebens und der äußeren Tätigkeit der Russischen Orthodoxen Kirche betreffen, zu helfen (Paragraph I. 1). Zugleich wird dieser Aufgabe ein funktionaler Rahmen gestellt, der die Grenzen dieser Hilfe absteckt. Diese Grenzen hängen mit der Vorlage von genauer, geeichter und objektiver Information zu Inhalt und Form (Kontext) einer konkreten zu besprechenden Angelegenheit. Der Beschluss eines Ausschusses der Versammlung „muss konkrete Vorschläge zur Lösung der zu besprechenden Angelegenheit und, als Anlage, eine Übersicht der Meinungen, die im Laufe der Besprechung geäußert wurde, enthalten“. (Paragraph IV. 3). Mit anderen Worten hängt die Arbeit der interkonziliaren Versammlung und ihrer Abteilungen (Ausschüsse) mit der Information und Analyse bei strategischen Entscheidungen zusammen. Diese Aufgabe hat zwei Ebenen: 1) die eigentliche Vorbereitung der Information, die bei der Besprechung notwendig ist, und 2) die Besprechung selbst, die Erarbeitung von Entwürfen zu Entscheidungen über die zu besprechenden Angelegenheiten. Zu solchen Problemen gehören Angelegenheiten „aus folgenden Bereichen: Theologie, Kirchenleitung, Kirchenrecht, Gottesdienst, Pastorenschaft, Mission, geistliche Ausbildung, religiöse Aufklärung, Diakonie, Beziehungen zwischen Kirche und Gesellschaft, Beziehungen zwischen Kirche und Staat, Beziehungen zwischen Kirche und anderen Konfessionen und Glaubenslehren“ (Paragraph I. 2). Diese beratende Stimme ist das, womit Laien der Kirche dienen könnten.
[1] Im Deutschen wird das Wort „Landeskonzil“ im Bezug auf das russische Konzil aus den Jahren 1917/18 verwendet. In allen anderen Fällen wird die Wendung „Lokalkonzil“ verwendet. (A.d.Ü) [2] Троицкий С. В . Лекции по Церковному праву. Машинопись. 113 с. (Архив МДА). С. 82. [3] Ihre Übersicht s.: Георгий Ореханов, свящ. Предсоборное Присутствие о составе Поместного Собора. Богословский аспект дискуссии // Он же. На пути к собору. М., 2002. Сс. 157-177. [4] Geistliche, die keine Mönche (vgl. schwarzer Klerus) sind. (A.d.Ü) [5] Отзывы епархиальных архиереев по вопросу о церковной истории. В 2 ч. М. 2004. Часть первая. С. 893. [6] Ebenda. С. 158. [7] Отзывы епархиальных архиереев по вопросу о церковной истории. В 2 ч. М. 2004. Часть вторая. С. 433. [8] Ebenda. С. 237. [9] Davon habe ich schon in einem anderen Artikel geschrieben: Задорнов Александр, священник. Рецепция определений Поместных Соборов Русской Церкви XX века // Патриарх и Собор. Архиерейский и Поместный Соборы Русской Православной Церкви 2009 г. МДА; ЦИТ. М., 2010. S. 238-247. [10] S. z.B. die Verweise auf das Konzil in folgenden Dokumenten: митр. Сергий «О полномочиях Патриаршего Местоблюстителя и его Заместителя» // ЖМП, №1, 1931; Постановление Заместителя Патриаршего Местоблюстителя и Временного при нем Патриаршего Священного Синода «О безбрачном духовенстве, не достигшем сорокалетнего возраста» от 2 января 1931 года // ЖМП, № 7-8, 1932. [11] Троицкий С. В . Лекции по Церковному праву. Машинопись. 113 с. (Архив МДА). С. 50. [12] Vgl. http://www.patriarchia.ru/db/text/1406471.html [13] http://www.patriarchia.ru/db/text/1397210.html
Schlüsselwörter:
Siehe auch:
 Комментарии (39)
Kommentar schreiben
Жаль, что разговор угас, едва начавшись.
Подготовка Поместного собора 1917-1918 гг была длительной и основательной все же. И участвовали в этом - и епископат, и монашествующие, и как ни странным кажется сейчас - миряне. И представительство на нем - тоже было все же обеспечено - от этих - различных церковных "слоев". И Деяния собора - и успевшие пройти обсуждение - под обстрелом, и "закрытые" - физическим устранением возможности продолжить обсуждение касались всех сторон церковной жизни. И вот теперь, после столетия фактически, в течение которого в нашей стране люди были лишены возможности слышать о Христе и произносить Его имя, писать слово Бог с большой буквы. сейчас, когда появилась возможность для Евангельского благовестия, церковный совет ограничивается кругом Архиерейского собора, монашествующие как-то им же и представлены, а мирян - вроде бы и нету в церкви, так получается? Вот и здесь - в обсуждении статьи проблема "Отцов" только и звучит, да и то - в виде исторических разборок, кто - правее был 100 лет назад? А о том, насколько такая ситуация с Собором и с соборностью ограничивает и возможности обращения ко Христу, исполнения евангельского: "Идите и научите все народы" - узким архиерейским кругом и теми лишь, кто захочет и сможет придти и записаться на прием к правящему в епархии епископу, - заботы совсем что ли уже нет? Antworten
Дорогой о.Александр! Взаимно. Я понимаю, что здесь дискуссию, Вы, по-видимому, закрыли. И все таки
Если эти аргументы в пользу рецепции не так весомы, как "невозможность
Что же касается состава, то достаточно посмотреть список членов Собора и
И еще, участие в работе Собора делегатов от действующей
Так подробно останавливаюсь на деталях, чтобы подчеркнуть - надо лучше
Antworten
Благодарю всех откликнувшихся и принявших участие в обсуждении. В том числе и тех, кто считает «делегирование» какой-то жуткой католической ересью. Таковым могу только посоветовать ознакомиться с каноническими источниками Русской Православной Церкви (если автор замечания к ней, конечно, принадлежит), хотя бы с «Положением о церковном суде», ну и вообще, как говорится, «учить матчасть», а также не вмешиваться в разговор на темы, не имеющим к себе прямого отношения (хамское обращение оставляю на совести автора). Не имея возможности ответить каждому персонально, попытаюсь подвести некоторые итоги дискуссии. Собственно, все замечания касались двух главных вопросов – значения Священного собора 1917-1918 гг. (второстепенная тема статьи) и места мирян в Церкви. 1. Собор 1917-1918 года был выдающимся событием в истории нашей Церкви. Это его качество не отменяет необходимости критически отнестись к конкретным его постановлениям, не затрагивающим (вновь и вновь приходится почему-то это напоминать) к вероучительной области. Рецепция определений этого собора (как и любого закона) включает в себя и действие этих определений. Как-то даже странно объяснять то, что совершенно ясно с точки зрения канонической практики. Если мы говорим, конечно, о праве, а не о собственном понимании феномена церковного канона. С этой точки зрения соглашусь с невозможностью сравнивать Поместные соборы последующих лет со Священным собором 1917 г., бывшим, паки напомню, «поместным» в смысле принадлежности одной из поместных Церквей Церкви Вселенской, а не по тому определению, которое потом только появляется в «Положении» 1945 года. Находить его высокое значение только в составе его участников – новомучеников Российских – кажется мне не совсем корректным, ибо куда тогда отнести действительно выдающихся соборян, примкнувших затем к обновленцам (юрист Н. Кузнецов, автор проектов множества определений), участвовавшим в «правых» расколах или прямо обвиненных в ереси (дело С. Булгакова 1935 г.)? Сам подобный метод «ориентировки» представляется мне бесперспективным. Кстати, спасибо за ссылку на текст свят. Игнатия, я его не знал. И текст очень показательный – много (и несколько путано) рассуждая о составе собора в смысле связи Русской Церкви со Вселенской, ни разу св. Игнатий не поднимает вопроса о патриаршестве (умножая, тем не менее, явно не заслуженные комплименты обер-прокурору). 2. Собственно, относительно второго вопроса, могу сказать лишь одно. Акцент в последней фразе статьи («Этот совещательный голос и есть то, чем миряне могут послужить Церкви») – на глаголе «послужить». Когда миряне осознают себя, прежде всего, прихожанами, принадлежащими конкретной епархии, а не абстрактными «лаиками» (в отношении которых в XX веке было сказано столько льстящих их душевности, но мало справедливых слов), то тогда только они могут стремиться не к некоей «ответственности» за Церковь, а к служению Ей в том звании, в котором (и к которому) каждый призван. На этом, в нынешнее Прощеное Воскресенье, прошу простить тех, кого мог задеть резкостью своих суждений и тех, кому не ответил на поставленные важные вопросы, заданные в их откликах, но напрямую к тексту статьи не относящиеся (феномен «разбойничьих» соборов, механизм «обратной связи» между клириками и мирянами etc.). Надеюсь, что эти вопросы также можно будет обсудить в другом формате и в своё время. Antworten
Уважаемый о.Александр! Прочитал и Вашу давнишнюю статью, которую как-то пропустил в свое время, "Рецепция и проч." Выводы статьи представляются мне слабо аргументированными. Кроме того, статья содержит и ошибки, на одну из них, самую вопиющую, Вам указали в комментарии (о том, что голосование при выборе патриарха на П.С.1971 г. было открытым. Есть док. фильм, можно воочию увидеть, как это происходило). Рецепция в Вашем понимании - это лишь возможность исполнения. Не было условий, чтобы исполнить определения Собора? Значит, по Вашему, не было рецепции. Ведь условия исполнения определений, как Вы утверждаете, были якобы уже известны соборянам. Странное умозаключение. Определение о правовом положении принималось, например, в канун чаемого всей Россией Учредительного собрания. Разве могли соборяне знать в декабре 1917 г., что в январе 1918 это собрание будет разогнано большевиками? Ведь сами большевики весь декабрь за него бешено агитировали, призывали голосовать. Соборяне знали, что большинства большевики по всей России никак не получат, т.к. члены Собора и были большинством - срезом общества более представительным даже, чем само У.С. Большевики всех обманули. Разве могли члены Собора знать в сентябре 1918 г. , чем закончится гражданская война? Если бы она закончилась победой белых, все определения П.С. прекрасно бы сработали. Это доказывается деятельностью ВВЦУ на территориях антибольшевистского сопротивления, скрупулезно следовавших духу и букве ( насколько было возможно в изоляции от патриарха) постановлений Собора. И затем в эмиграции русское православное зарубежье бережно хранило заветы Поместного Собора. Единственной причиной, почему не исполнялись определения П.С., была репрессивная политика Советской власти. И когда накал этих репрессий снижался, естественно, происходило частичное возвращение к соборным определениям. А не вовсе потому, как Вы пишите, что "приведение внутреннего церковного законодательства с внешним гражданским правом стало главным условием рецепции определений Поместных Соборов 1945, 1988 и 1990". Соловецкие епископы просили еще в 1926 г. Сов. власть исполнять свое же гражданское законодательство относительно Церкви, потому что реально оно существовало только на бумаге. На деле было решено уничтожить Церковь – «расстрелять как можно больше попов». В таких условиях только обновленческие соборы могли претендовать на «рецепцию». Так же как в 1943 г. постановление СНК и ВЦИК от 1929 г. о религиозных объединениях Сталин де юре не отменил, но де факто приостановил. Значит, вывод Ваш не верен - соответствия между церковным и светским законодательством в 1943-1944 г. не было, а исполнение ( по Вашему, рецепция) постановлений Собора 1943 г. имело место. Впрочем и в 1945 г. Положение об управлении РПЦ не соответствовало постановлению «О религиозных объединениях» 1929 г., т.к. последнее не оставляло законного основания не только для существования Высшей церковной власти в лице Патриарха и Синода, но даже и епархиальной власти.Antworten
Протоиерею Николаю. Antworten
Идеализировать не надо, конечно. Но ставить его в один ряд с Собором 1945 г. или даже 1988 г., и уж тем более 2000 и 2009 значит ни во что ставить авторитет святости новомучеников и исповедников Российских. Назовите, пожалуйста, еще один Собор в истории Русской Церкви, имевших своими членами ( и не рядовыми, а Председателя Собора, его Заместителя, Секретаря, Почетного Председателя, др. членов Епископского Совещания. т.е. его руководящих органов) такое количество святых. Вот Вам и "иконичность" Собора - состав-то святой! Но даже если и количество святых не имеет значения для сегодняшних православных, то хотя бы смиренное понимание исключительности этого Собора по качеству подготовки, по интеллектуальной мощи ( где современные Бенешевичи, Скабалановичи, Соколовы, Карташевы, Трубецкие, Тураевы и др.?) должно избавить Собор от нашего снисходительного отношения - мол, ну был Собор, не первый- не последний чай на Руси. Собор правильно называется Великим Московским и его определения следует внимательным образом изучать и отдельно, и в контексте соборной дискуссии, и в контексте историческом. Тогда, например, становится понятно, что ВЦС как орган высшего церковного управления - это не дань общей либерализации российской жизни, не протаскивание мирян в ВЦУ угоду обновленческим тенденциям, а попытка практику церковного управления в Русской Церкви привести к общему знаменателю с практикой Вселенского Православия. В первую очередь, Константинопольского патриархата (Постоянный Народный Смешанный Совет в составе архиереев, клириков и мирян с 1862 г.), а затем преобразовавшихся в том же духе, Антиохийского (с 1906 г)., и Иерусалимского (с 1910), а так же Карловицкой и Сибинской.
Antworten
Дорогая Лидия Константиновна!
1) Я - не биограф о. Георгия Шавельского. И мне просто леностно просмотреть "Воспоминания..."(и проч. творения) о. Георгия, удовлетворяя ваше праздное, как я считаю, любопытство о пребывании о. Георгия где-либо 28.02-04.03.1917 г. Очень может быть, что он пребывал в те дни в Ставке. Да и какая, по большому счёту, разница где он был? Синод начал принимать официальные решения по известному поводу чуть позже... 2) Мои исследования по 1917 г., да будет вам известно, основываются на комплексе ВСЕХ известных мне источников. (Если это не так - поправьте, пожалуйста). И, главным образом, на материалах протоколов заседаний Св. синода, а также официальной церковной периодики. И если даже пренебречь воспоминаниями протопресвитера Георгия - общую картину это не изменит НИКАК. 3) А я разве настаиваю на том, что, по вашим словам, "...после свержения Государя, к которому архиереи Синода зимней сессии отношения н и к а к о го не имели..."? К свержению императора Николая II может и не имели (хотя это не факт, ибо это нуждается в дополнительном исследовании), но к свержению монархии как института - ОДНОЗНАЧНО имели самое непосредственное и отношение, и даже участие. Antworten
Бабкин М.А., неужели не понятно, что обсуждать что-либо с вами я больше не буду, как минимум до тех пор, пока вы не объясните (не мне собственно, а смущенным вами гражданам), где пребывал член Св. Синода протопресвитер Армии и Флота прот.Георгий Шавельский, на воспоминаниях которого основано ваше сочинение на тему «священства-царства», с 28 февраля по 4 марта включительно, поскольку в Синоде – то он как раз и не был. А пока что, все написанное вами считаю за не бывшее. Патриарх Никон, как вы знаете, может быть, – седьмой Русский Патриарх. А после свержения Государя, к которому архиереи Синода зимней сессии отношения н и к а к о го не имели, у народа (см. мой комментарий о Всероссийском съезде духовенства и мирян), оставалась уже только одна надежда – на Церковь, и они ждали от Собора «Сергиев и Гермогенов – из архиереев, Мининых и Пожарских – из мирян». Приведенный фрагмент дневника прот.Н.Чукова, как можно было бы сообразить, да и указание есть, относится к обсуждению пагубной роли обновленцев и их обвинений, предъявленных Св. Патриарху Тихону – по трагическим результатам процессов 1922 года. А с логикой у вас и вовсе туго - власти - то Патриарху подобно первым Патриархам, судя по этому высказыванию - Собор ведь не дал. С этим – то как? Настоящий ученый поработал бы в рассматриваемом случае, с указанным VΙ томом Деяний Собора, а православный ученый десять раз бы подумал, вынося суждение, тем более, что деяния Собора, по общему мнению, совсем мало изучены (См., например http://www.nsad.ru/?issue=9999§ion=10000&article=754) Бумажного варианта будете долго ждать, так как вследствие очень большого объема материала, издавать его практически негде. P.S. М.А.Бабкин, не надо рассыпаться мне здесь в комплиментах и засорять интернет – пространство.
Antworten
Дорогая и паче иных дражайшая Лидия Константиновна!
Сердечно благодарю за ценнейшее(!) свидетельство современника ключевых событий российской истории событий! С трепетом жду "бумажной" публикации. Владыка Григорий (в 1923 г. - о. Николай) говорит ровно то же, что и я: "...в учреждении патриаршества его целью было поставлено не только возглавление Церкви, но и национальное объединение." При этом о. Николай сопровождает сие признанием: "Интересна подробность, о которой я не знал ранее...". Всё верно: духовенство (главным образом епископат), видя в императоре своего "харизматического конкурента", стремилось объединить паству не вокруг царского трона, а вокруг патриаршего престола. И результат 1917 г. таков: царский престол был низвергнут, а фактически вместо него - воздвигнут патриарший. Этот тезис находит подтвержение и при анализе богослужебных титулований, бывших в обиходе в 1917 г.: императора ("великий государь") и патриарха ("великий господин"). При этом о. Николай свидетельствует: "Патриарх жаловался, что ему не дали власти, подобной первым русским Патриархам." -Уж не Никону ли? -Очень даже может быть. В те времена один из "культистов" Никона был "властитель дум" - архиепископ Антоний (Храповицкий)... Antworten
Мой пост от 27.02.2011 в 21:24 с указанием источника: Antworten
Участие мирян в церковной жизни. Думается, здесь надо понимать главное, что Церковь – это все мы, верующие, воцерковлённые христиане. Каждому Бог даёт определённый дар и каждый этот свой дар должен использовать на благо Церкви. Об этом сказано и ап. Павлом. Евангелие писалось апостолами-евангелистами под действием Святого Духа, догмы Церкви становились таковыми под действием Святого Духа, Священное Предание возникло под действием Святого Духа… Хочется обратить внимание на то, что любой истинно верующий и живущий в Боге является носителем Духа Святого, а значит носителем каких-то истин. Вот от чего надо отталкиваться при размышлениях об участии мирян в Церковных делах. История Святой Руси учит, что носителем Божьей Истины является не обязательно служитель Церкви. Все истинно пребывающие в Боге должны участвовать на равных в Церковной жизни. Все равны и дух этого равенства исходит из Священного Писания. Естественно, никто не отнимает у священнослужителей Богом данное им и только им право на Тайнодействия. Antworten
Возможно, боголюбивым читателям будет полезно вспомнить труд святителя Игнатия Брянчанинова "О необходимости Собора по нынешнему состоянию Российской Православной Церкви": Antworten
О. Александр, объясните, пожалуйста, как специалист по церковному праву. В самом начале Вы пишите, что Церковь знает четыре вида соборов. Конечно, в церковном праве т.н. вселенским соборам усваивается характер всецерковных соборов - соборов всей Церкви. Но можно ли исторические вселенские соборы назвать таковыми? Ведь в них практически не участвовали представители Поместных Церквей, находящихся за пределами Римской империи. Строго говоря их можно назвать все-имперскими (вселенскими) соборами, но никак не все-церковными, хотя статус их решений, конечно, обязателен для все Церкви (Однако, и статус решений многих поместных соборов таков же). И второй вопрос: если все-церковного собора в истории Церкви не существовало, можно ли говорить, что Вселенский собор является высшим органом управления Вселенской Церковью? Спасибо Antworten
Дорогая Лидия Константиновна!
Свою Емелю, простите уж великодушно, обнародовать воздержусь... Удивления достойно, что вы не обнародуете свой источник информации. Или вы вкупе с известными кругами считаете, что в биографии патриарха Тихона есть такие факты, о которых говорить "не можно", ибо пастве их знать "неполезно"? -Лично я так не считаю. В заключение же напомню: "Аще убо ясте, аще ли пиете, аще ли ино что творите, вся во славу Божию творите" (1 Кор. 10, 31). Antworten
Дорогой Михаил Анатольевич, вижу, что вы большой ценитель ценной информации, а ведь главное, - это то, чтобы она использовалась во Славу Божию. Скиньте свой маэл, я проведу с вами душеспасительную беседу, и о ссылках тоже потолкуем. Antworten
Антону Небольсину.
Изначально я не планировал "прямого высказывания" и моя критика обращена не столько на содержание тезиса о. Александра, сколько на его обоснованность, которая мне представляется недостаточной. И прежде всего в данном вопросе необходимо полноценное и по возможности свободное от предвзятости исследование дискуссии по этому вопросу, имевшей место в начале XX века и в значительной степени подготовившей Собор. В тексте о. Александра она представлена в крайне усеченном виде. Далее, я действительно не считаю решающий голос мирян на Соборах чем-то абсолютно необходимым. Тем не менее, форма, в которой на эту тему высказываются некоторые священнослужители, мне представляется недопустимой и провоцирует на то, чтобы эту идею отстаивать. При этом, я не являюсь специалистом в области церковного (и любого другого) права. Скорее я высказываюсь просто в качестве человека, пытающегося понять, кто он и в каком мире он живет. В этом смысле я вижу несколько важных моментов: 1. В нашей Церкви существует определенный разрыв (точнее, разрывы) между епископатом, священством и народом. Хорошо это или плохо - но это факт. Существенен здесь не принцип сословного представительства, а различие исходных позиций, определяющее различие точек зрения, которое, в свою очередь способно порождать и усиливать взаимное недоверие и отчуждение. Снять их можно при условии обсуждения и участия в принятии решений "на равных". Как сделать так, чтобы при этом не нарушался иерархической строй Церкви, ей по существу присущий, - отдельный вопрос, но не нерешаемый. 2. Очень сложная и тонкая тема моральных проблем, которые трясут католическую Церковь, и которые у нас тоже есть (Боголюбово - только один из примеров). Я думаю, что роль организованной, сознательной и обладающей известными полномочиями "церковной общественности" в таких случаях могла бы быть в таких ситуациях весьма позитивной. 3. Если рассуждать исторически (не отрицая, а просто вынося за скобки реальности сакраментального порядка), несомненное преимущество иерархии в делах церковного управления покоилась на ее образовательном преимуществе. В Новое время это преимущество было ею утрачено. Но дело не только в том, что образовательный уровень многих мирян выше чем таковой у духовенства - об этом можно и спорить, дело в том, что духовное образование и образование светское принципиально различны по своим целям, принципам, составу даваемых ими знаний и т.д. Их равноправное взаимодействие в решении важных вопросов, осуществляемое именно внутри Церкви, а не между Церковью и внешним обществом, также могло бы иметь позитивный смысл. 4. С этим связана и специфика самосознания современного образованного человека - я опять-таки воздержался бы здесь от оценок: он таков, каков он есть и переделать его может только история. Он приучен к определенным представлениям об ответственности, праве, достоинстве человека, "личности" и т.д. Эта специфика не случайно была учтена отцами Собора 17 года, она не случайно проявлилась в экклезиологии, основанной на достижениях русской религиозно-философской мысли, и игнорировать ее мне представляется неразумным. А попытка ее задавить - чревата бунтом и маргинализацией Церкви в социально-культурном плане ее бытия. Значит надо найти церковно-приемлемые формы ее реализации. вот так, в целом. Antworten
Спасибо за дельную статью. У меня возникли замечания по следующим двум утверждениям 1. Подпись императора придавала актам Соборов статус государственного законодательства - утверждение не вполне убедительное. На мой взгляд, правильным будет думать, что подпись императора по окончании работы Соборов сообщала легитимность самим соборам (т.е. вообще результатам их деятельности, - так же, как прочтение императорского указа в первый день заседаний сообщало законность его дальнейшей работе). В результате императорского подписания, оросы получали статус Св. Писания, а каноны - статус госуд. законов. Юридическая сила целокупного текста соборных актов подлежит дальнейшему выяснению. 2. Утверждение, что синодальный строй являл ненормальность в самом себе, тоже не является аксиомой и нуждается в обосновании. Я думаю, что постоянный синод на начало 18-го века являл прогресс по отношению к предыдущей эпохе с ее аномально редкими соборами крайне малочисленного епископата. Antworten
Дорогая Лидия Константиновна!
Вы приводите свидетельство владыки Григория о патриархе Тихоне: "...Недаром Патриарх жаловался, что ему не дали власти, подобной первым русским Патриархам." Не дадите ли ссылку на источник? Когда тот жаловался? Кому? В связи с чем? Это сюжет, как и подобные, ОЧЕНЬ(!) интересует! Antworten
Предыдущие комментаторы говорили о
Чтобы не быть голословным, приведу
1. Цитата: «то касается ссылок на
Из Писания и истории мы знаем, что
Возможно, кому-то такой ход
Если же иметь в виду церковный
2. Цитата: «подписи некоторых
Приглашать генералов детишкам на
Здесь также, как и в п.1, надо либо
3. Цитата: «Если же вспомнить, что
Если в первых двух цитатах мысль
Antworten
"Этот совещательный голос и есть то, чем миряне могут послужить Церкви". Помимо поднятой здесь другими участниками обсуждения проблемы реализации совещательного голоса простыми мирянами, существует еще, на мой взгляд, проблема принятия или непринятия церковной полнотой того или иного решения собора (будь то Поместный собор или архиерейский), если эти решения нарушают церковные каноны и догматы. История Церкви знает не мало случаев, когда соборы епископов оказывались далеки от Истины Христовой и Священного Предания. Время сейчас в духовном смысле смутное, поэтому такая постановка вопроса вполне правомерна. Хотелось бы услышать мнение автора статьи по данному вопросу.
Antworten
На страже благочестия
К вопросу об участии мирян в церковном управленииВ Окружном послании восточных Патриархов (Константинопольского,
Александрийского, Антиохийского и Иерусалимского) от 6 мая 1848 года
церковный народ именуется "телом Церкви" и "стражем благочестия", т.е.
хранителем истины. Послание это, по выражению протоиерея Владислава
Ципина, подтверждает одну из основных истин православного вероучения -
неприятие доктрины разделения "единого Тела Церкви на две Церкви -
учащую и учащуюся". Миряне тоже участвуют в церковной жизни. Они
участвуют в церковном учительстве, в богослужении и церковном
управлении.
Подробнее - http://religion.ng.ru/history/2005-07-13/5_blagochestie.html При этом в статье не показаны формы участия мирян в соборных органах власти и управления балканских Церквей и восточных Патриархатов. Antworten
Цитата: "Как же быть с «ролью
мирян в церковной жизни»? Повторим ещё раз – эта роль не может быть сведена к
участию в действиях церковной власти, законно принадлежащей епископату и в
отдельных случаях и проявлениях делегируемой
им клирикам – особенно во власти учения и судебной. Что касается такого
делегирования в отношении мирян, то оно должно стать предметом особого
канонического исследования."
В этой статье заключена страшная ересь, берущая свое начало в католицизме, и все более захватывающая умы не только православных епископов, но и готовых поддакивать им священников и мирян. Понятие "делегирования" полномочий епископом или римским первосвященником целиком взято из католического кодекса канонического права. Восточная церковь не знает понятия "делегирование" - запомните это, господин Задорнов(если Вы не считаете себя католиком)! Христос никому не делегировал своих полномочий, Он Сам правит Своей Церковью и Своим Телом! Если епископ смеет говорить что он делегирует свои полномочия священнику, то он должен задуматься над вопросом: а кто ему делегировал его, епископа, полномочия? Христос? Но Он НИКОМУ их не делегировал и не делегирует! СЛАВЫ МОЕЙ НЕ ДАМ ДРУГОМУ! Православные, опомнитесь, пока не поздно! Умейте различать правду от лжи! Antworten
К сожалению, дискуссия представляется мне малосодержательной по причине своей абстрактности. Надо бы, чтобы обе стороны, представленные в данном случае автором обсуждаемого материала о. Александром Задорновым и проф. Антоновым показали, какое практическое преимущество дает тот тип собора, который им представляется правильным, по сравнению с противоположным. Ну, будет собор включать в свой состав мирян, "церковную интеллигенцию", а дальше что? Чем его решения от этого станут лучше по сравнению с решениями собора, в котором миряне не участвуют с правом решающего голоса, а выступают лишь в качестве консультантов (или с правом совещательного голоса)? Это вопрос проф. Антонову. Аналогичный вопрос о. Александру Задорнову. Чем именно присутствие мирян на соборе в качестве его полноправных членов может повредить его деятельности и, в частности, в чем именно оно было плохо на соборе 1917-18 гг.? Без ответов на эти вопросы все прочие рассуждения не имеют практического значения. Должен при этом заметить, что "при прочих равных обстоятельствах" преимущество все же всегда будет у собора чисто архиерейского по своему составу ввиду большей его традиционности и лучшей представленности в церковной истории. Но в настоящий момент решающим доводом должна быть праткическая польза в данных конкретных условиях, то есть в условиях России начала XXI в. Во избежание кривотолков хотел бы сказать, что сам выработанной и четкой позиции по данному вопросу не имею.
Antworten
Да, конечно, уважаемый Константин, участники переживали те события каждый по-своему, не все дожили до 20-30 годов, а владыке Григорию Господь судил пройти и нести отвественность за пасомых через долгие годы расколов и гонений. Вот например, его рассуждения на момент обновленческого собора и выхода Св.Патриарха из заключения:
"7/20 мая 1923 г. Интересна подробность, о которой я не знал ранее: в учреждении патриаршества (“Деяния Собора” 1917-1918 г. т. VI) его целью было поставлено не только возглавление Церкви, но и национальное объединение. Собор, действительно, залезал в политику, как и далее, давал директивы по политической деятельности. Что должен был делать Патриарх? Приспособиться к новой власти и в корне изменить политику? Ну а что тогда бы сказал ему Собор, если бы собрался в прежнем составе? Не осудил ли бы его? Недаром Патриарх жаловался, что ему не дали власти, подобной первым русским Патриархам. Отчасти в этом причина, а потом - в окружающих его, да и в общем настроении..." Antworten
Объяснять надо, потому что "естественно ниже" - это не правовой разговор. Церковный специалист может ошибиться, а внешний оказаться прав и тогда надо предпочесть совет второго. Это очевидно. Совещательность она и есть совещательность.
Что касается того, что я решил - нет не решил. Речь не идет о Ваших претензиях к Собору как таковому. Речь идет о недостаточно обоснованной и отчасти даже тенденциозной критике в адрес конкретных его решений и порядка его организации. Я считаю, что она не учитывает ряд существенно важных моментов и вызывает ряд вопросов, ответ на которые пока я не получил. Уважаемой Лидии Константиновне: большое спасибо за интереснейшие фактические данные. Замечу только, что митр. Григорий был не единственным свидетелем этих событий и разные люди переживали их по разному. Кроме того, не очень понятно, каким образом отцы Собора могли предвидеть ситуацию 20-х-30-х годов и каким-то образом решить те проблемы, которые встали перед Церковью в это время. Antworten
"Полностью присоединяюсь к мнению досточтимого прот. Александра". думаю, что это дело вкуса. мне вот позиция K. Aнтонова намного ближе.
кроме того, из мнения о. Задорнова следует, что принимать решения в ПЦ имеют право только мужчины, и при этом именно связанные монашескими обетами. если вспомнить требования НЗ, то в епископы должны избираться именно мужчины, "хорошо управляющие своим домом". т.е. позиция РПЦ в этом вопросе противоречит Писанию. кроме того, можно вспомнить, что буквально на днях в РПЦ организован Высший Церковный Cовет. я затрудняюсь сравнить сходу его полномочия с полномочиями Aрхиерейского собора. но по составу там как минимум один мирянин (Легойда) и один иерей (o. Чаплин). при чем, насколько я знаю, рукоположить последнего в архиереи ничто не мешает (неженат, целибат). это говорит лишь о том, что логика п. Kирилла отличается от логики o. Задорнова. теперь комментарий из Зизиуласа, в его книге "Лекции по церковной догматике". в ней он, ссылаясь как бы на то же церковное предание, говорит ровно противоположное: монахи, принявшие обеты, должны не перечить епископату, и не противопоставлять себя всей Церкви. т.о. мнение автора спорно как из практических соображений, так и с позиции понимания Писания и Предания. Oбусловлено же оно конъюнктурой: попыткой установить жесткую вертикаль внутри Церкви, ослабив влияние мирянских групп (будь то Русская Линия, сторонники о. Kочетква или еще кто). я не против этого, но призываю автора в этом честно признаться. Antworten
У Вас спросили о разнице между мирянами и людьми, не принадлежащими к Церкви, а Вы ответили вообще про другое.
Для начала надо уточнить: плевать хотели власть предержащие на совещательные голоса. Вообще на все, что не подкреплено реальными полномочиями. Так что совещательный голос = полное бесправие. Что такое "статус предложений"? Это софистика. У Вас спросили про мирян, а Вы ответили про "церковных специалистов". У нас что, все миряне "церковные специалисты"? Следует ли расценивать Ваше высказывание о том, что у Вас "претензии к тем, кто наделяет его решения статусом непререкаемого и - главное! - неизменяемого авторитета" таким образом, что у Вас нет претензий к тем, кто считает решения Собора недостаточно демократическими и хочет еще больше расширить участие клира и мирян в церковном управлении, или только сторонники большей централизации церковной власти не вызывают у Вас претензий - и те, и другие не считают Собор непререкаемым авторитетом. Для одних он - либеральный загул, для других - лишь ступень на пути реализации церконой демократии. Antworten
"разницу в степени участия в управлении ею мирян, которым Вы столь любезно предоставили "совещательный голос", и внешних консультантов, которые имеют его же" я вижу в разнице между аналитической запиской о состоянии дел и конкретными предложениями, которые "внешние консультанты" тоже могут вносить, но статус этих предложений, естественно, будет ниже статуса предложений церковных специалистов. Странно, что это надо специально объяснять. Никак не могу понять, почему Вы решили, что у меня претензии к Собору? У меня претензии к тем, кто наделяет его решения статусом непререкаемого и - главное! - неизменяемого авторитета.
Antworten
Полностью присоединяюсь к мнению досточтимого прот. Александра, особенно в той части, что не следует: 1) Идеализировать Всероссийский Поместный Собор 1917-18 года, проходивший в экстремальных условиях безвластия (или двоевластия в стране), гражданской войны в присутствии неприятеля, дороговизны и обнищания населения, когда были порушены вековые государственные и церковные устои. 2). Придавать преувеличенное значение деятельности и роли мирян, исходя из опыта епархиальных съездов 1917 года и Собора, и что «Совещательный голос и есть то, чем миряне могут послужить Церкви».
А поскольку уважаемый Константин Антонов говорит, что «участвовать в обсуждении церковных дел может, кто угодно», позвольте сделать небольшой экскурс в век прошедший.
К середине 1917 года ситуация в России стала такой, что у населения оставалась единственная надежда на Собор, и на то, из среды духовенства встанут Сергии и Гермогены, а из мирян – Минины и Пожарские… 1 июня 1917 года молебном в Московском епархиальном доме открылся Всероссийский съезд духовенства и мирян, на который прибыло более 900 делегатов со всех концов России, выбранных на собраниях духовенства и мирян в епархиях: «…Все ищут спасения в церкви, которая может стать духом животворящим и для всей русской общественности, «больной» и «растерявшейся»… «Произошло общение между разными слоями общества церковного, между городом и деревней.…Слышатся опасения, чтобы Церковь не стала слугой новых порядков, как раньше самодержавия…. Совершился переворот: мы получили гражданскую свободу». «…Из среды духовенства должны встать Сергии и Гермогены, из мирян – Минины и Пожарские…Нужно через церковь влить новую струю жизни в само государство». Некоторые спрашивают, где – бы найти такие книжки, где говорится, как в старину жили, как русское государство развивалось. На Красной площади – богослужение в Успенском соборе и молебен на площади.…Некоторые возвратились с вывернутыми карманами. С 17 по 25 июня 1917 года в Петрозаводске проходил съезд духовенства и мирян Олонецкой епархии. Если раньше на съездах присутствовало 30-35 священников, здесь же собралось около 200 депутатов, из них 2/3 мирян, а из остальной трети – половину составляли диаконы и псаломщики. То есть, из 25 тысяч православных верующих только в Петрозаводске и около 400 тысяч в губернии, активность проявило всего около 150 человек. Первоначально съезд решил послать на Собор 14 представителей: архиерея, 2 свящ., 2 от диаконов и псаломщиков, 1 - от духовно - учебных заведений, 1-от монашествующих с правом голоса только по монастырским делам (согласно канонам) и 7 мирян. Председательствовавший на съезде прот. Покровский объявил, что духовно-учебные заведения «будут особо потом избирать на собор, а здесь принимать участия не будут», однако никаких «потом» не было. Председательствовавший же на съезде о.М.Покровский кандидатом на Собор, однако, прошел. В результате, делегатами на Всероссийский Поместный Собор указом Св. Синода от 21 июля за №7827 были утверждены избранные епархиальным съездом прот. Покровский, диакон Логвиневский и трое мирян. «Демократизация полная», - писал редактор неофициальной части ОЕВ председатель Епархиального училищного совета ректор семинарии о.Н.К.Чуков в статье «Впечатления от епархиального съезда». Так же не был избран старейший преподаватель Церковной истории семинарии Я.С.Елпидинский, статья которого «Соборы древней церкви» публиковалась в №№ 13-15 ОЕВ, как подготавливающая к собору. На съезде Я.С.Елпидинский разъяснял собравшимся, что «епископы, во-первых, имеют право быть на соборе все (правящие), во-вторых, на древних соборах принимали участие миряне, не такие, как мы, а пророки и исповедники» (Олонецкие ЕВ.1917.№15.Отд. неофиц. С329-332; там же. №16. С. 345-346; там же. Журналы Съезда духовенства и мирян Олонецкой епархии. Приложение к №№16 и 17; http://www.bogoslov.ru/text/747541.html
В сентябре 1918 года, после двух арестов и высылки из Олонецкой губернии, и «увольнения» губкомиссаром от занимаемой должности ректора Олонецкой духовной семинарии, прот.Н.Чуков, собрав средства на билет, выехал в Москву, все еще пытаясь спасти семинарию: « В 8 часов 50 минут вечера в воскресенье 19 августа/1 сентября выехал в Москву (на сессию Поместного Собора. - Л.А.). Билет I класса - 40 руб. 20 коп. Москва. Приехал в понедельник, 20 августа /2 сентября в 3 часа дня. За переполнением трамваев пришлось пешком пройти до Скорбященского монастыря. Устав, слег и никуда вечером не ходил. Встретил В.П.Нивинского (ректора Якутской семинарии, б. нашего смотрителя) и А.И.Иудина. Беседовал с Мих. Ив. Савваитским, оставшимся за Аггеева. Передал ему доклад свой о положении семинарии, и о. П.Дмитриева об Епархиальном училище. Выяснилось, что о семинарии пока нечего и думать. Выпущена инструкция в развитие декрета, которая душит все церковное. Возможна только пастырская школа и то с исключительно богословскими предметами. В этом отношении я указал на свой проект, которым и заинтересовался Савваитский. Проект - у Патриарха, куда его представил епископ. На другой день, 21 августа/3 сентября, во вторник, виделся на Соборе с епископом (Олонецким и Петрозаводским Иоанникием. - Л.А.), с Преосв. Нафанаилом, прот. Соколовым, Рункевичем, Самуиловым. Владыка сообщил, что после некоторого замедления, я утвержден в должности члена (Олонецкого Епархиального Совета при епископе - Л.А.), с сохранением временно и должности ректора. Остальные тоже утверждены. На Соборе переполох по случаю инструкции о декрете. Три дня были закрытые заседания. Избрана комиссия. Выяснилось, что общецерковных средств почти нет. Посему на пособие нет надежды. Меры к нашему освобождению (от высылки – Л.А.) невозможны, ибо ходатайства в центр бесполезны. Да теперь и не время возвращаться: террор страшный, идут усиленные обыски, аресты, расстрелы. В Петрограде, например, арестована масса священников, то же и в других городах. От Собора ждать чего-либо бесполезно. Преподавательский элемент по обычаю интеллигентскому все критикует, не имея от себя ничего положительного. Епископы мало думают об общем благе Церкви, а только о себе лично больше; к тому же реакционность в значительной мере преобладает. Вообще веет какой-то безнадежностью... Героев нет, и Церковь гибнет. Надежда на Петроград, который, надо думать, скажет свое слово в церковной области. http://www.bogoslov.ru/text/747851.html В июле 1944 г. Патриарший Местоблюститель митр. Ленинградский и Новгородский Алексий и архиеп. Псковский и Порховский Григорий (Чуков) начали активную подготовку к Поместному Собору: составление его документов, выработку процедуры проведения - как во время приездов в митр. Алексия в Л.-д., так и на сессиях Синода в Москве 14-18 июля и 3-9 окт. 1944 г. Был принят порядок созыва Собора, предложенный архиеп.Григорием, он составил форму отчета епархиального архиерея патриарху, внес дополнения в молитву о прославлении Патриарха, написал проект обращения Поместного собора к Русской Православной Церкви. В «Положение об управлении РПЦ» внес поправки в п.п.12, 19, 30, 34, 42 и др. Именно архиеп. Григорий предложил внести в этот документ, устанавливающий устройство церковного управления в пределах Московского Патриархата п.22 (первоначально был 23) - об организации при Св. Синоде особых отделов - учебного, издательского, хозяйственного и др., определивший структуру высшего церковного управления, в основных чертах сохраняющуюся по сей день. 23 ноября 1945 г. на Архиерейском Соборе РПЦ (21-23 ноября 1944 г.) архиепископ сделал доклад «Положение об управлении РПЦ», принятый практически без исправлений. «В Синоде нет решительного и твердого руководства: все прислушиваются - что скажет Карпов... То же, что в прежнем Синоде при властном обер - прокуроре. Но тогда была иная ситуация: и правительство, и Синод были заинтересованы в одном, а теперь правительству нет дела до чисто церковных и религиозных дел, а имеюся в виду только цели чисто государственные» - говорит запись дневника владыки тех дней. 31 января 1945 года в Москве состоялось первое заседание Поместного Собора РПЦ, на котором Патриарший Местоблюститель митрополит Ленинградский и Новгородский Алексий (Симанский) 2 февраля был избран Патриархом Московским и всея Руси, а интронизация состоялась 4 февраля в Елоховском Богоявленском Соборе. Архиеп. Григорий выступил на первом заседании с докладом «Положение об управлении Русской Православной Церкви». Делегация духовенства Ленинградской епархии: прот. С. Румянцев, прот. М.Славницкий, прот.Ф. Поляков, прот. П. Тарасов, прот. Н.Ломакин и миряне - председатель двадцатки Николо - Богоявленского каф. собора Н.Д. Успенский, регент Шуваловской церкви К.М. Федоров, во главе с архиеп. Григорием, поднесла Первосвятителю куколь, специально изготовленный посох, средства на который собирали все храмы города, и архиепископ Григорий от себя поднес икону Св.Алексия. Во время Поместного Собора, владыка Григорий записал в дневнике: «Патриарх Антиохийский Александр ΙΙΙ неоднократно мне делал отзывы: Россия теперь самая могущественная, самая первая по значению страна в мире. Структура её такова, что дает возможность талантам из народа свободно подниматься до самых вершин управления; это обещает прилив свежих, здоровых сил к управлению. Богословский институт, куда свободно идут люди свободных профессий - медики, техники, педагоги, идут по призванию, дает новые свежие силы Церкви. При этой мощи Русской Православной Церкви и нам - малым по количеству верующих церквам - окажет помощь и даст силу…». Об этом говорили в своих речах и тостах все представители приехавших делегаций». Опубл.: Александрова-Чукова Л.К. (Автор-составитель). Митрополит Григорий (Чуков): служение и труды //СПб. Епархиальные Ведомости. 2007.Вып.34.С.107-108.
Необходимое условие, как жизнедеятельности, так и процесса управления РПЦ, митрополит Григорий видел в четкой работе синодальных отделов и отчетности их перед Патриархом и Св. Синодом.
Antworten
Откуда Вы взяли, что миряне лишены участия в управлении?
Простите, а как же без указания сверху свой статус прихожанина определить? Без бумажки ты никто, вообще никто. Этот принцип лежит в основе современной церковной жизни, но те, кто его в жизнь активнее всех претворяют, его же упорнее всех и замалчивают. Наличие приходского реестра - а это единственный общеизвестный критерий членства человека в Церкви - само собой разумеющееся условие нормальной церковной жизни. В советское время приходы были маленькими, прихожане друг друга знали, да и тотальная осведомленность соввласти о жизни своих рабов (точнее, граждан) сама по себе делала членство в Церкви публичным. В "двадцатке" прихожане чередовались. Только в больших городах приходы были "церковными комбинатами" требоисполнения. Старая схема учёта своих членов в Церкви сохранилась после падения коммунизма, однако ее конфигурация изменилась - "церковными комбинатами" стали вообще все приходы, а приобщать новоприбежавших к церковной жизни никто не захотел - это тяжело, денег так много не собрать, вопросов много и т. д. Сейчас волна прошла, и, в целом, при каждой церкви существует стабильный приход. Что понимается под приходом, всем, думаю, понятно. Пора переписать этих людей. Позиция Собора 1917-1918 гг. "более церковна" потому, что его участниками были люди, выросшие в обществе с непрерывной православной традицией, а не как у нас сейчас, и превосходно образованные, и потому, что их никто не ограничивал в самовыражении, несмотря на происходившее вокруг. И наконец, она "более церковна" потому, что среди его участников огромное количество святых! Antworten
Тезис о совещательном голосе мирян вызывает недумение, только если не отдавать себе отчета в его церковном каноническом контексте. "Совет" в церковном смысле и в смысле древней традиции не есть высказывание своего мнения. Вспомним понятие "царских советников". Советник - это приближенное лицо, разделяющее ответственность. Вспоминм также и понятие "духовного совета". Также и библейские и традиционные высказывания о том, к кому следует обращаться за советами, и как следует обращаться с советами. За всем этим стоит целая культура, в которой "совещательный голос" имеет вес, потому что высказывается не от прихоти и не от рационального мнения, но от опыта. Опыт в церковном сообществе подразуемается не только житейский (хотя и он не отвергается), но собственно церковный, христианский. То, что с канонической точки зрения - которая всегда имеет под собой реальность таинств - функции мирян и иерархии будут различны, не должно вызывать возражений. Противоположная точка зрения рискует недооценивать все последствия таинства рукоположения. Причем разница в функциях касается не только литургического собрания в храме, но любого церковного собрания, каковым является Собор и не только. Ведь любое таинство, начиная с крещения, имеет последствия не только в литургическом пространстве богослужения, но для всей жизни человека - частной и общественной. Также как, очевидно, следует учитывать разницу в характере совета - от некрещеннго, крещеного, а также и регулярно приступающего к таинствам мирянина.
Проблема остается не в напоминании о "совещательном голосе", а в том как в наши дни эту каноническую совещательную культуру возможно возродить и осуществить.
Antworten
1. Я не говорил о том, что позиция соборян 17 года "более церковна". Я говорил, что она по крайней мере "не менее церковна" чем Ваша. Никакого неудовольствия какноническим устройством Церкви я не высказывал, я указывал лишь на проблематичность Вашей позиции. Думаю, Вы понимаете, что это разные вещи. В этом отношении проблема Вашей позиции в том, что критикуя позицию соборян за ее обмирщенность - использование парламентаристской модели - Вы свою позицию представляете как "более церковную", несмотря на то, что она также использует мирскую государственную модель - "вертикаль власти". Далее, уже в комментарии, Вы утверждаете, что в таком использовании вообще нет ничего плохого: государственные модели управления "разумеется, следует учитывать". Тогда в чем суть Ваших претензий к Собору? В том, что он учитывал не ту модель? Но в тексте упрек был не в этом, а в том, что некая светсткая модель вообще учитывалась. Далее, где критерии этого учета? Должна ли Церковь менять свои принципы управления в соответствии с текущими изменениями государственного строя? Должна ли она ориентироваться на реальные модели или на провозглашаемые?
Далее, говорить "единственно о каноническом отношении" вообще вряд ли возможно. Каноническое право и устроение - как вообще любая система управления и права - вторична по отношению к целому ряду иных факторов, в том числе, морального, образовательного, экономического и пр. порядка. Правовая ответственность, которой Вы для мирян в Церкви не признаете, и необходимые формы которой я предлагаю продумать, является выражением ответственности моральной. И все-таки, поясните, п-та, в чем Вы видите, в рамках Вашего представления о Церкви, разницу в степени участия в управлении ею мирян, которым Вы столь любезно предоставили "совещательный голос", и внешних консультантов, которые имеют его же? Antworten
Под канонической традицией в данном случае я понимаю ту модель церковного строя, которая есть СЕЙЧАС, и с какого момента она начала быть. В таком смысле следует говорить о канонической традиции Элладской Церкви, идущей с момента провозглашения ее автокефалии, не вполне каноничного сначала, как известно; о канонической традиции Болгарской Церкви, начавшейся в 1872 г. схизмой, о канонической традиции Сербской Церкви, идущей с мая 1919 г.
Всё, что было ДО этого, конечно наше, но это самое наше не имеет к реалиям сегодняшнего дня прямого отношения. Это наша история, мы оттуда вышли, но вернуться туда - невозможно. К многоуважаемому автору статьи у меня есть два вопроса: 1. В чем заключается сугубо практическая (то есть оставим в стороне высокие рассуждения) разница между мирянином и человеком, к Церкви не принадлежащим, если совещаться и высказываться без спроса начальства и так могут все? 2. Считаете ли Вы нужным, отдав на откуп епископам вообще всю власть "наверху", на уровне приходском и епархиальном установить каноничный строй - то есть, с сугубо практической точки зрения, распространить Устав Сурожской епархии Русской Православной Церкви на все её епархии? Antworten
Трудно отвечать на критические замечания, вызванные не текстом, а общим недовольствием канонического устройства Церкви. В чём позиция соборян 1917 года "более церковна" и чем эта степень церковности измеряется? Вы подменяете "участие в управлении", которого канонически лишены миряне, абстрактной "ответсвенностью". Поясните, в чём эта ответсвенность проявляется, пожалуйста. Я более согласен с Никитой Дмитриевым - для активизации мирян у нас должен быть поставлен знак равенства между мирянами и прихожанами, чего в реальности нет - просто нет даже средств воздействия на мирян (=прихожан) со стороны правящего архиерея. Только непонятно, почему надо ждать указания сверху для того, чтобы свой статус прихожанина определить - ждать, пока тебя запишут в прихходские реестры и т. д. Поясните, прошу ещё раз, перед кем миряне ответственны за Церковь - в каноническом, подчёркиваю, отношении, о котором здесь единственно и идёт речь?
Antworten
о. Александр!
Все-таки Вы уходите от ответа на критические замечания. Дело не в том, чтобы носиться с тем или иным Собором как с писаной торбой. Дело в том, чтобы увидеть элементы обмирщенности в собственной позиции и, наоборот, подлинную церковность в той позиции, которую Вы критикуете (в позиции Собора 17 года и его отцов, включая свят. Тихона). И дело в том, что Вы действительно уравниваете мирян с внешними - их также могут позвать посовещаться. Проблема Вашей позиции заключается в том, что ответственность мирян за то, что происходит в Церкви - не вопрос должного, а вопрос сущего: она просто есть по факту. Чтобы стало иначе, чтобы лишить их этой ответственности, их надо превратить в стадо (в дурном, не в евангельском смысле этого слова). Я не думаю, что Вы действительно этого хотите. Но если этот факт действительно имеет место, он должен быть признан в том числе и в церковном праве и в системе управления Церковью. Antworten
"Принцип соборности" и "принцип управления" - всё-таки не одно и то же. Разумеется, следует учитывать государственные модели управления, поскольку Церковь живет на конкретноцй территории и в этом смысле выслушивание мнение не принадлежащих к Церкви специалистов (юристов, культурологов, искусствоведов) - только на благо. Идеализировать же один Поместный собор и считать его единственно возможной нормой церковного устройства - на все времена! - означает проявлять своего рода "историческое монофизитство".
Antworten
У нас нет другой канонической традиции, кроме той, которая была заложена Собором 1917-1918 гг. ++
Как-то это несерьёзно, Вы и правда так считаете? "У нас" - это у кого? Как-то это напоминает новогоднее откровение первого чиновника государства о том, что "Россия - молодая страна, ей всего 20 лет". Видимо, для кого-то история Церкви Христовой начинается тоже только с 1917 года. Antworten
Благоуветливые словеса о единстве епископов с клириками и мирянами были бы правдой в одном случае - если бы епископы канонически избирались в епархиях этими самыми клириками и мирянами. Имеет ли смысл напоминать слова проф. Сагарды о том, что в первые века нашей эры избираемость епископов была самоочевидным фактом?
Можно сколько угодно жонглировать цитатами и терминами, а задача ясна - выстроить вертикаль иерархической власти. Так ведь это у нас теперь называется? Сверхновый термин. Его даже покойный Патриарх Алексий II не знал. У нас нет другой канонической традиции, кроме той, которая была заложена Собором 1917-1918 гг. То, что существует сегодня - пусть сильно редуцированная, упрощенная и огрубленная, но её, этой самой традиции, форма. Нельзя терять то немногое, что мы имеем. А именно отказаться от нее фактически предлагает автор статьи. В условиях нашей церковной жизни понятие "совещательный голос" равняется абсолютному бесправию. У нас нет приходских реестров, вообще нет нормального приходского устройства, критериев членства в Церкви и соборности на епархиальном уровне как таковой - неужели целесообразно и на самом верху закрепить такое положение? Antworten
"Этот совещательный голос и есть то, чем
миряне могут послужить Церкви" - проблема в том, что для того, чтобы выступать в качестве эксперта не нужно быть членом Церкви - достаточно хорошо разбираться в вопросе.Участвовать в обсуждении церковных дел может кто угодно. Таким образом статус мирян в отношении их участия в управлении Церковью о. Александр практически уравнивает со статусом внешних.
Статья еще сильнее, чем обсуждение текста о месте соборов в системе церковного управления убеждает в наличии сильной тенденции к пересмотру всех решений и отказу от основных принципов Собора 17-18 года. На мой взгляд, люди, которые к этому стремятся не вполне понимают, что они делают. В частности, указывая, что "проходившие на почве зарождения русского парламентаризма в 1905-1906 гг., эти дискуссии невольно переносили своё понимание законодательного представительства (наподобие Государственной Думы тех лет) на действие принципа соборности в Церкви", явно не учитывают, что их собственное видение принципа соборности определяется отнюдь не только церковной традицией, но привычными для них принципами управления, развившимися в нашем обществе в советскую и пост-советскую эпоху. Antworten
|
Nachrichten
Samstag, 04. Mai
Dienstag, 26. Februar
00:50 Je mehr Positives in den Medien, desto weniger Aggression (Hilarion, Metropolit von Wolokolamsk)
Mittwoch, 30. Januar
Publikationen in russischer Sprache Преподобных отцов Варсонофия и Иоанна руководство к духовной жизни в ответах на вопрошения учеников 21. Mai 2013
Fremdsprachige Publikationen
Bekanntmachungen
|
23. Mai 2013
